Навстречу выборам
Мария Викторовна Василькова (род. 13 февраля 1978 г., Мегион, ХМАО) — депутат Госдумы VIII созыва от «Единой России» (региональная группа №4, Иркутская область, №4 в списке), член Комитета Госдумы по промышленности и торговле, председатель Экспертного совета по развитию химической промышленности при комитете, заместитель председателя штаба по созданию Федерального центра химии в Усолье-Сибирском. По базовой профессии — топ-менеджер крупного бизнеса: выпускница Байкальского госуниверситета (2000) и Сколково (2017), с 2014 по 2021 г. — вице-президент, член правления и советник президента лесопромышленного холдинга «Сегежа Групп» (структура АФК «Система» Владимира Евтушенкова), с 2019 г. — старший инвестиционный директор ПАО АФК «Система». В 2020 г. победила в конкурсе «Лидеры России» президентской платформы «Россия — страна возможностей», прошла программу кадрового резерва ВШГУ РАНХиГС, после чего и попала в Госдуму. Находится под санкциями ЕС, США, Швейцарии, Великобритании, Канады, Австралии, Японии, Украины; внесена в доклад Форума свободной России «1500 поджигателей войны».
Связь с регионом: «иркутянка из Москвы»
Парадокс, который сразу бросается в глаза: Василькова представляет Иркутскую область, но жила в Москве с 2003 г. Сама она подчёркивает иркутские корни: «мама родом из Бодайбо», детство и юность в Иркутске, школа №11 им. Дрица, художественная школа, секция художественной гимнастики во Дворце спорта «Труд», «всё детство провела в Большом Голоустном», «Байкал — место силы». Родилась же она в Мегионе лишь потому, что «там работал папа, а мама поехала рожать к нему и уже через несколько месяцев вернулась обратно». Однако вся её профессиональная карьера — в Москве и Вологодской области (г. Сокол); в регионе её нет почти четверти века. Это типичный «списочник»-варяг, проведённый в регион партийным списком.
Что она «делает для жителей»
Промышленная политика как профиль. Это её основная ниша, и здесь она последовательна: председатель Экспертного совета по химической промышленности при профильном комитете, заместитель председателя штаба по созданию Федерального центра химии в Усолье-Сибирском, член проектного комитета нацпроекта «Новые материалы и химия» (под председательством вице-премьера Мантурова). Она курирует ликвидацию экологически опасных отходов «Усольехимпрома» и продвигает создание химического кластера в депрессивном Усолье-Сибирском, а также программу «Чистый воздух», охватывающую 8 городов Приангарья.
Поддержка участников СВО. Её самый медийно проработанный проект — #КиберЛюди (с 2022 г.): адаптация и социализация ветеранов с ранениями, более 1500 мероприятий, 1200+ ветеранов и 30 000+ подростков из всех регионов; совместно с Главным военным госпиталем им. Бурденко и ЦИТО — вплоть до договорённости об открытии филиала ЦИТО в Иркутской области «для передовых технологий реабилитации и протезирования». Губернатор Кобзев отдельно отметил её личное участие в возвращении бойцов из плена: «за каждым освобождением стоят человеческие судьбы».
«Семейная приёмная». Руководимый ею проект за пять лет получил 1080 обращений от жителей области, 77% из которых «решены положительно».
Законотворчество. Инициировано 53 законопроекта (на 14 мая 2026 г. — 7 на рассмотрении, 41 стал законом), среди них — пакет законов против «трэш-стриминга», ставший федеральным, работа по обеспечению жильём детей-сирот, упрощение регистрации средств защиты растений.
Региональные вмешательства. Февраль 2026 г. — коммунальная авария в Бодайбинском районе как «сигнал о необходимости комплексных решений для системных инфраструктурных проблем региона золотодобычи»; июль 2026 г. — добилась от Минэнерго согласования по Харанутскому угольному разрезу в Эхирит-Булагатском районе, «первого необходимого шага для продолжения работы»; июль 2026 г. — прогноз преодоления дефицита топлива «в ближайшие две-три недели».
Критика и конфликт интересов
Именно здесь фигура Васильковой приобретает ту же неоднозначность, что и у Тена и Лугового.
«Рыбка Мантурова». Региональное издание Babr24 характеризует её жёстко: «рыбка Мантурова, позор Иркутской области, модница с брендовыми сумками… появилась на горизонте политической действительности региона буквально из ниоткуда аккурат летом 2021 года. Скромно „помаячила» в списке „Единой России» на позиции №5 и внезапно стала депутатом Госдумы». Издание отмечает подмену образа: в период кампании — «поборница прав детей и семей», после избрания — переход «в более понятную ей сферу экономики и промышленности». Главный вердикт: «крупных прорывов и перспектив у Васильковой нет… безуспешно, но помпезно», с прогнозом, что её «дальнейшая судьба повторит судьбу предшественника-списочника Николая Николаева».
АФК «Система» и леса Прибайкалья. Это самая показательная часть. Василькова пришла в Думу из «Сегежа Групп» — лесопромышленного холдинга АФК «Система» Евтушенкова. В 2021 г., параллельно с её избранием, «Сегежа» планировала приобрести активы в Приангарье и Красноярском крае почти на 37 млрд руб., что сделало бы её «одним из крупнейших арендаторов лесного фонда в мире» — под управлением оказалось бы 16 млн гектаров леса с расчётной лесосекой 23,6 млн кубометров. То есть депутат, курирующий промышленную политику региона, пришла из холдинга, который собирался стать одним из крупнейших в мире лесопользователей именно в этом регионе. Её «промышленное развитие Приангарья» (химкластер в Усолье, Харанутский разрез, «Чистый воздух») — это системная работа на индустриализацию, интересы которой пересекаются с интересами её бывших работодателей.
Уровень доходов. По итогам 2021 г. Василькова задекларировала 12,4 млн руб. дохода, четыре квартиры (144,1; 86; 41,6 и 35,1 кв. м) и два автомобиля — Porsche Cayenne и Toyota Corolla, став лидером рейтинга доходов среди депутатов-иркутян.
Технократический конвейер. Её путь — «Лидеры России» (президентская платформа) → ВШГУ РАНХиГС → партийный список → Комитет по промышленности при покровительстве Мантурова — это эталонный пример «производства» кадрового депутата: не снизу от избирателей, а сверху от кадровой системы. На праймериз 2026 г. она заняла лишь 4-е место в партийном списке — после Героя России Сергея Степанова, спикера Заксобрания Александра Ведерникова и мэра Черемхово Вадима Семёнова, что показывает её реальный, невысокий электоральный вес.
Оценка
Василькова завершает обзор шестой фигурой принципиально нового типа — «технократического списочника», выращенного кадровой системой, а не региональной политикой.
- Несоответствие образа и реальности. Из всех рассмотренных депутатов Василькова — наименее «прибайкалец»: она жительница Москвы, чья связь с Иркутской областью носит сентиментальный, а не деятельный характер. В отличие от Левченко (33 года во главе обкома), Мархаева (пожизненная работа в Бурятии), Тена (семейный дорожный бизнес в регионе) и даже Лугового (кураторство с реальными конфликтами), её региональная «представительность» формальна — это мандат по партийному списку, где номер и место определились в Москве, а не избирателями округа.
- Реальная работа — медийно-социальная, а не политическая. Её самые сильные стороны — не законотворчество и не защита избирателей, а проектная деятельность федерального масштаба: #КиберЛюди (протезирование и реабилитация ветеранов СВО — действительно важное и реальное дело), «Семейная приёмная», борьба с трэш-стримингом. Это «социальный пакет» депутата от партии власти: заметный, полезный, но не затрагивающий структуру власти. Она не вступает в конфликты, не критикует ни губернатора Кобзева (с которым у неё рабочие встречи), ни федеральный центр, ни силовиков.
- Промышленное лоббирование как суть. Как и у Тена с дорожными подрядами, у Васильковой есть отраслевая проекция: пришла из АФК «Система»/«Сегежи», курирует химпром и лесопромышленную повестку, продвигает индустриализацию Усолья и Харанутского разреза. Разница в том, что у Тена конфликт интересов задокументирован и конкретен (контракты АО «Труд»), а у Васильковой — более тонкий: она не бенефициар прямых госконтрактов, но системно работает на промышленную повестку, совпадающую с интересами её бывших работодателей. Это лоббирование мягкого типа — через нацпроекты, экспертные советы и «технологическое лидерство».
- Отсутствие «смелых» заявлений. Это главное отличие от Мархаева и Левченко. В портфеле Васильковой нет ни одного резкого высказывания против власти или в защиту протестующих, экологов, оппозиции. Даже по домашнему насилию (тема, близкая её «семейному» образу) она ограничилась безопасной формулой «домашнему насилию нет оправдания» по поводу заторможенного законопроекта. По Байкалу — где Мархаев и Левченко занимают защитную позицию, а Тен и Цыденов — пролесовочную — Василькова фактически отсутствует: её «Чистый воздух» и химкластер — про промышленность, а не про сохранение озера.irk
Итог: Василькова — это «продукт» кадровой системы «Единой России»: топ-менеджер крупного бизнеса, пропущенный через «Лидеры России» и РАНХиГС, посаженный в Думу по партийному списку представлять регион, в котором не жил 18 лет. Её деятельность реальна в проектном, социальном смысле (#КиберЛюди, приёмная, законы о трэш-стриминге), но лишена политического содержания: ни оппозиционности, ни конфликта, ни защиты конкретных региональных интересов против федеральных или корпоративных. На шкале шести депутатов Прибайкалья она занимает полюс, противоположный Мархаеву: если Мархаев — голос несогласия, готовый платить за него исками и давлением, то Василькова — голос системы, конвертирующий лояльность в проектное финансирование и медийный образ. Сравнение с Теном особенно показательно: оба — единороссы с бизнес-бэкграундом, но Тен укоренён в регионе через семейный подряд и десятилетия избирательных кампаний, а Василькова — привнесённая сверху «технократка», чьё единственное реальное конкурентное преимущество — покровительство Мантурова и нацпроектная повестка.
Соб. инф.
