Фиаско закончилась попытка Максима Модина возглавить Шелеховский муниципальный округ. Из 21 депутата думы лишь шестеро проголосовали за его кандидатуру. Для мэра, который 13 лет возглавлял район, тяжёлый удар. Вместе с тем, сенсацией случившееся не стоит называть. Тем более – кадровой неудачей региональных властей.
О предпосылках случившегося разгрома мы подробно писали: читать здесь
На выборах 18-20 сентября список «Единой России» в Госдуму РФ получил в Шелеховском районе предпоследнее место по Прибайкалью. А выдвиженцы партии в муниципальную думу взяли всего семь мандатов. На её первом заседании 8 октября последовал ещё один тревожный звонок, когда депутаты не смогли определиться с председателем. Тогда лишь одного голоса не хватило оппозиционному кандидату – доценту ИГУ, Марины Комаровой. Которая возглавляет местное отделение «Справедливой России».

Спустя 20 дней ситуация чисто внешне нормализовалась. На повторном голосовании Комарова сняла свою кандидатуру в пользу беспартийного выдвиженца этой же партии Андрея Кобякова. Он с минимальным отрывом уступил руководителю пресс-службы «РУСАЛ Братск» в г. Шелехов Екатерине Видасьевой.
Кроме того, депутаты приняли протесты прокуратура горда Шелехова Игоря Миллера об утверждении регламента и об аппарате. А также по факту согласились с отсутствием освобождённой ставки председателя думы – в отличие от подавляющего большинства муниципалитетов Иркутской области. Тем самым выхолостив потенциальные возможности главы представительной власти.
Кому НЕ БЫТЬ мэром?
Сей поворот породил у многих ложное ощущение, что Модин берёт ситуацию под контроль. Особенно перестарались в желании угодить провластные анонимные телеграм каналы. Например, «Иркутск политический»: «Руководящие должности председателя и его зама заняли люди Максима Модина».
Касательно Видасьевой фраза выглядела не просто умалением субъектности спикера думы. Сотрудник компании РУСАЛ по определению не может являться «человеком Модина». В отношении же вице-спикера канал проявил потрясающее незнание шелеховских раскладов. Ведь Николай Голубь считается единственным в думе представителем экс-главы города Сергея Липина. И никак «второй человек Модина» не мог выдвигаться от партии «Новые люди».
Неожиданный залёт «Троянского голубя», как и примирительная речь на думе самого Липина, породили слухи о распаде его ситуативного альянса с Кобяковым. Дальнейшие события показали: оба лидера общественного мнения, имея тактические расхождения, не разошлись по главному вопросу и ответу – кому НЕ БЫТЬ мэром.
Сторонним, к тому же ангажированным наблюдателям, оказалось непостижимой реальная картина шелеховской борьбы. Вместо взвешенных прогнозов тот же «Иркутск политический» предложил «ходули»: «Если системным силам удастся консолидировать большинство и провести единоросску Екатерину Видасьеву, это станет чётким сигналом: голосование по кандидатуре мэра, которую внесёт губернатор, тоже пройдёт успешно».
Сравните с нашим прогнозом в тот же день:
«Однако, кого бы из них завтра не избрали спикером, это не станет лакмусовой бумажкой дальнейшего выбора мэра. В отличие от горячих „меньшевиков“ в Думе Иркутского МО, их шелеховские коллеги готовы формировать новое большинство.
А из возможного списка кандидатур категорически не устраивают только две: сам Модин и его заместитель по экономике и финансам Дмитрий Савельев. Любой другой вариант они считают приемлемым. В этой связи устойчивое квалифицированное большинство в думе немыслимо без представителей компании „РУСАЛ“»
«Я толпу приведу!»
Как говорил вождь мирового пролетариата, «Прежде, чем объединяться, и для того, чтобы объединиться, мы должны сначала решительно и определённо размежеваться».
Таким триггером для депутатов стало выдвижение Максима Модина губернатором. Симпатизирующие (и ангажированные) и.о. мэра каналы делали логичный упор, что 9 ноября его кандидатуру внёс губернатор Игорь Кобзев. Однако при тщательном рассмотрении логика тут формальная. Никакие другие лица не подавали заявлений на выдвижение – кроме самого Модина и его заместителя, открыто признававшего свою техническую роль.
Аналогичное значение имела поддержка Ассоциации муниципальных образований Иркутской области, где Максим Николаевич с ноября 2024 является заместителем председателя. Зато рекомендации региональных Заксобрания и общественной палаты вызвали двоякое ощущение. Демонстративное использование крупнокалиберной артиллерии подчеркивало, скорее, неуверенность Модина в собственных силах. На сленге подростков это называется: «Я толпу приведу!»
Задействование же им Шелеховской общественной организации ветеранов чуть ли не качестве чирлидерш граничило со скрытой паникой. Так не поступает уверенный в себе фаворит. Из той же серии вспоминаются неоднократные выходы и.о. мэра в публичное поле. Тем более, когда избирателями по его же инициативе стали не все жители района, а лишь 21 депутат.
Как отметил более проницательный телеграм канал «Байкальский писыч»: «Если Модина всё же проведут на должность, это изначально будет не мэр согласия, а мэр конфликта. Не точка сборки, а точка напряжения».
Похоже, в шелеховском белом доме уже понимали неблагоприятный итог предстоящего голосования. Вместо демонстрации силы лояльные каналы стали «подстилать соломку». «Иркутский волчок»: «Как нам известно, то есть определённое окно возможностей для Максима Модина. Если завтра за него не проголосуют, то всё может завершиться совсем просто: выборы мэра могут отложиться на неопределённый сок, а Модин будет исполнять обязанности. Это даст время урегулировать конфликт».
Низвержение с сана
Выский статус «группы поддержки» лишь усилил эффект разгрома 12 ноября. Когда 12 проголосовали против и трое депутатов воздержались. Хотя голосование было тайным, наличие особых меток на бюллетенях позволило нам узнать фамилии шестерых, кто Максима Модина поддержал. Один из них самовыдвиженец. Получается, что даже из семи выдвиженцев «Единой России» двое отказались ставить галочку в бюллетени рядом с его фамилией.
Сравним с результатом избранной председателем думы Екатерины Видасьевой. Кроме «Единой России», она прибавила ещё четыре голоса.
К чему мы сделали столь подробный анализ? Ради краткой мысли, что вчерашнее провальное голосование являлось дежурным. Для депутатов, для регионального политблока, для РУСАЛа. Все всё уже понимали. В лучших византийских традициях под видом давления ЗА Модина формализовалось его низвержение с сана. Для последующего выдвижения по-настоящему консолидирующей фигуры.
«Претендент без врагов»
Ну не позволял политес крупному региональному чиновнику, руководителю Службы государственного экологического надзора Иркутской области идти напролом. Да ещё наперекор действующему мэру. Сначала требовалась цепочка ритуалов, впрочем, оставлявшая Максиму Модину теоретические шансы на победу.
По имеющейся информации, в ближайшее время Максиму Николаевичу предложат перевод в региональные органы власти. Сфера и должность пока не известны. Никакие 45 дней + месяц, пока он «и.о.», никто дожидаться будет.

На врио мэра Шелеховского муниципального округа ожидается назначение Николая Сафронова. За которого затем отдадут голоса все или почти все депутаты. Другой частью договорённостей наш источник назвал переход части эсеров и обоих самовыдвиженцев под знамёна «Единой России». Таким образом, управленческий и политический кризис, который Модин долго создавал, Сафронов быстро ликвидирует.
При этом Николай Петрович – не варяг, а абсолютно местный кадр, проживающий в селе Введенщина. До назначения на должность Игорем Кобзевым в 2020 году избирался главой крупнейшего после райцентра муниципалитета – Баклашинского. До этого являлся заместителем Управления Роспотребнадзора по Иркутской области. Куда поднялся с руководителя Шелеховского территориального отдела ведомства.
Может, преувеличение, но в городе металлургов говорят, что у Сафронова вообще нет врагов. Если это так, то бесконфликтный, равноудалённый мэр станет полным контрастом предшественника. А шесть лет работы в обойме губернатора обеспечивают прямые связи со всеми региональными структурами.
Максим ЗИМИН
































