Андрей Луговой: деятельность, заявления и их оценка

Навстречу выборам

Андрей Константинович Луговой (род. 19 сентября 1966 г., Баку) — депутат Госдумы V–VIII созывов от ЛДПР, первый зампред Комитета по безопасности и противодействию коррупции, замруководителя фракции ЛДПР, член Комиссии ГД по рассмотрению расходов бюджета на национальную оборону и безопасность. По базовой профессии — кадровый силовик: выпускник МВОКУ (1987), служба в Кремлёвском полку (9-е управление КГБ, госохрана), в 1991–1996 гг. — Главное управление охраны РФ, Служба безопасности президента, ФСО; затем частный охранный бизнес, экс-глава группы охранных предприятий «Девятый вал» (Парламентская газета). Находится под персональными санкциями ЕС, США, Канады, Швейцарии, Австралии, Японии, Украины, Новой Зеландии).

«Дело Литвиненко» как политический фундамент

Луговой вошёл в политику уже будучи мировой знаменитостью — главным подозреваемым по делу об отравлении полонием-210 бывшего офицера ФСБ Александра Литвиненко (умер 23 ноября 2006 г.). По версии ЕСПЧ в Страсбурге, Луговой является непосредственным исполнителем отравления. Сам он вину категорически отрицает и выстроил альтернативную версию: «Следы полония ведут из Британии», утверждал, что его пыталась завербовать британская разведка MI6, что Березовский и Литвиненко были «завербованы британскими спецслужбами», и даже проходил детектор лжи с «британскими экспертами». Этот кейс сделал его фигурой для Кремля в качестве «неприкасаемого» — человека, обвиняемого Западом, но защищённого депутатской неприкосновенностью и партийным мандатом.

Деятельность по Иркутской области

Куратор региона (с 2011 г.). Луговой был выдвинут в Госдуму VI созыва по региональной группе ЛДПР №42 «Иркутская область» — ЛДПР получила в Приангарье 17,34% (155 215 голосов), один из лучших региональных результатов партии. В качестве куратора четырёх регионов (Иркутская и Ульяновская области, Камчатский и Приморский края) он взялся за чистку партийного аппарата: «прежние координаторы Иркутского регионального отделения имеют не очень хорошую репутацию… сейчас неформальных фигур в партии нет».

Отравление «Боярышником» (Иркутск, 2016). На массовое отравление суррогатом (более 70 погибших) Луговой отреагировал как куратор региона: «Более 70 погибших — это страшная цифра», взяв тему в работу комитета по безопасности.

Майнинг: главный региональный конфликт Лугового. Здесь его частный интерес и партийная позиция столкнулись с интересами региона напрямую. Луговой — один из авторов закона о легализации майнинга (2022) и председатель экспертного совета при рабочей группе по регулированию криптовалют в Госдуме Когда правительство по предложению губернатора Игоря Кобзева ввело запрет на майнинг на юге Иркутской области (сначала сезонный, затем — с 7 апреля 2025 г. круглогодичный до 2031 года), Луговой обрушился на Кобзева с беспрецедентной для одного системного политика критикой другого: «особенно удивляет позиция региональных властей, отдельных губернаторов, которые вместо того, чтобы в течение трёх лет принимать соответствующие меры по борьбе с чёрным майнингом, на самом деле протирали штаны и ничего толкового не сделали. Это я речь веду об иркутском губернаторе. И мы о его персоне отдельно в Государственной Думе проговорим со всей жёсткостью позиции».

Он назвал запрет «глупостью, доходящей до абсурда» и «непродуманными, эмоциональными попытками ограничить майнинг». Парадоксальный нюанс: круглогодичный запрет обошёл стороной Братск, где расположена Братская ГЭС и крупная майнинговая ферма, которую связывают с самим Луговым. То есть депутат — автор закона о майнинге, критик его запрета и, по данным СМИ, бенефициар действующей фермы — оказался по разные стороны баррикад с губернатором региона, который он курирует.

СВО и партийное строительство. Луговой подчёркивает необходимость «сохранять прямую связь между фронтом, регионами и федеральным центром». По итогам сентябрьской кампании 2025 г. ЛДПР выдвинула 89 ветеранов СВО (60 — действующие участники) и провела 17 кандидатов в местные органы власти Приангарья.

Резкие федеральные высказывания

Антибританская риторика. Луговой превратил дело Литвиненко в перманентную кампанию против Великобритании: в сентябре 2024 г. призвал «прекратить дипломатические отношения с британскими подонками», а в апреле 2026 г. предложил запустить международный проект «Бритлаг», провести «конкурс на памятник жертвам британского колониализма» и открыть экспозицию о «зверствах британцев» перед посольством Великобритании, назвав Британию «родиной фашизма и геноцида».

Иноагенты и «предатели». Его профильная линия как зампреда комитета по безопасности: «иноагентам придётся за всё ответить», «те, кто пытается навредить своей Родине — лишатся всего», «судьба предателей всегда незавидна»; «в отношении иноагентов надо действовать жёстко, но профессионально».

Конфликт с собственной фракцией. В 2019 г. Луговой пошёл против Жириновского: отказался отзывать свою подпись под законопроектом о «суверенном рунете», который он разрабатывал вместе с сенаторами Клишасом и Боковой. Жириновский требовал исключить его из числа авторов, но Луговой устоял. Он же — автор «закона Лугового» о досудебной блокировке сайтов за экстремизм.

Оценка

Луговой — фигура принципиально иного типа, чем Мархаев, Тен и Матвеев: он не региональный деятель, а «силовой» федеральный политик, для которого Иркутская область — электоральный плацдарм, а не объект служения.

1. Депутатский мандат как щит. Главная функция пребывания Лугового в Госдуме с 2011 г. — это не представительство Иркутской области, а депутатская неприкосновенность, защищающая его от британского запроса об экстрадиции. Региональная группа №42 была выбрана именно потому, что ЛДПР была там сильна (17%), а сам кандидат — нарочито антизападный. В этом смысле «кураторство» Иркутской области — побочный продукт его статуса неприкасаемого.
2. Силовой патриотизм как бренд. В отличие от Матвеева, чей патриотизм выражается в тренировке добровольцев и работе с подростками, патриотизм Лугового — медийно-агрессивный: антибританские кампании («Бритлаг», «британские подонки»), жёсткая риторика против иноагентов и «предателей». Это делает его одним из главных рупоров силового фланга Госдумы, но также превращает его фигуру в инструмент провластной повестки, а не самостоятельную политическую силу.
3. Майнинг как конфликт интересов. Это самая показательная часть его профиля. Луговой одновременно: (а) автор закона о легализации майнинга, (б) критик запрета майнинга, (в) председатель профильного экспертного совета и, по данным СМИ, (г) бенефициар действующей майнинговой фермы в Братске, не попавшей под запрет. Его атака на губернатора Кобзева («протирали штаны», «проговорим со всей жёсткостью») — это редчайший случай публичной конфронтации двух системных политиков одного лагеря, и она продиктована не общественными интересами Иркутской области (страдающей от энергодефицита), а защитой собственной отрасли. Здесь Луговой ближе к модели Тена, чем Мархаева: депутатский мандат конвертируется в бизнес-интерес, только в более агрессивной форме.
4. Внутрипартийная самостоятельность. Эпизод с «суверенным рунетом» показывает, что Луговой — не безропотный нажиматель кнопок: он готов идти против Жириновского и фракционной дисциплины по профильным для него вопросам безопасности и интернета. Это отличает его от типового системного депутата и сближает с мархаевской моделью «несогласия внутри системы» — но с точностью до наоборот: Мархаев не соглашается с режимом по совести, Луговой — со своей фракцией по интересу.

Итог: Луговой — самый «громкий» из четырёх рассмотренных депутатов Прибайкалья, но его шумная антизападная риторика и силовой имидж маскируют прагматичное ядро: мандат как защиту от экстрадиции и лоббирование майнингового бизнеса. Если Мархаев платит за оппозиционность исками и давлением, Тен конвертирует лояльность в дорожные подряды, а Матвеев сводит политику к патриотическому активизму, то Луговой превратил скандальную репутацию «полониевого» подозреваемого в капитал — и парламентский иммунитет, и профильный комитет, и криптоотрасль. Из всех четырёх он наименее «прибайкалец» и наиболее «московский» силовик, для которого Иркутская область — лишь источник голосов и, по иронии, майнинговых мощностей.

Соб. инф.