Летом 2025 года RAND corp опубликовала доклада “Dispersed, Disguised, and Degradable: The Implications of the Fighting in Ukraine for Future U.S.-Involved Conflicts” (Рассеянные, замаскированные и подверженные разложению: последствия боевых действий на Украине для будущих конфликтов с участием США).
Издание «Кто есть кто в Байкальском регионе» подготовило свою публикацию по мотивам аналитики этой «Фабрики мысли» (так называют RAND) с учетом двух ключевых моментов:
— Цель доклада RAND – изучение опыта «спецоперации» применительно для возможной будущей «спецоперации» в зоне Тихого океана (прежде всего – на Тайване);
— Доклад RAND мы подвергли анализу GPT-5. Т. е, текст, публикуемый ниже – это что думает ИИ по поводу вышеупомянутого доклада RAND. Просьба других целей публикации в «Кто есть кто» изданию не приписывать.
Краткое содержание доклада RAND
RAND смотрит на украинскую войну как на «лабораторию» современных войн и выделяет ключевые тренды: распределённость (dispersed) сил, маскировка/обман (disguised), и уязвимость/разлагаемость (degradable) крупных платформ и логистики. Из этого RAND делает выводы о том, как готовиться к конфликтам с Россией или Китаем: больше распределённых систем, упор на подавление разведки, интеграция коммерческих космических активов и усиление умений/компетенций, а не только закупок.
Сильные стороны доклада
- Эмпирическая база — RAND опирается на массу открытых наблюдений с поля боя (спутники, видео, БПЛА, отчёты). Это даёт рабочую картину тактик и практик.
- Фокус на распределённости и одноразовых решениях — правильно замечено: дешёвые одноразовые БПЛА и разбросанные «сетевые» решения меняют себестоимость и устойчивость операций. Это важный урок для планирования запасов и закупок.
- Подчёркнута роль постоянной разведки и коммерческих космических активов — доклад адекватно фиксирует, что приватные спутники и бесчисленные сенсоры делают поле боя «прозрачным».
Ограничения и ошибки доклада
- Субституция тактических наблюдений за стратегические выводы. RAND делает аккуратные выводы по тактике/операциям, но частично экстраполирует их на конфликты в других географических условиях (например, Тихий океан с огромными морскими дистанциями) — там значения меняются. Перенос «уроков Украины» напрямую в перспективу США—Китай должен учитывать иную географию, морскую компоненту и демографию.
- Недостаточная оценка влияния политико-дипломатических факторов. Доклад фокусируется на технике, логистике и тактике, но слабо учитывает, как санкции, технологические блокировки и международные коалиции изменяют доступность «одноразовых» платформ и спутников.
- Риск переоценки «дешёвых» решений. Дешёвые БПЛА и одноразовые боеприпасы работают в условиях, где противник не имеет массовой ПВО/РЭБ или где их можно массово заменить. При столкновении с мощной ПВО/РЭБ (и противником с глубокой промышленной базой) массовое применение одноразовых средств может столкнуться с проблемами снабжения и замещения. RAND сам это оговаривает, но выводы порой читаются как «универсальные рецепты».
- Выборка и момент времени. Любой доклад, базирующийся на наблюдениях текущего конфликта, рискует «запечатлеть» оперативные аномалии; российская армия в 2022–2024 гг. демонстрировала и провалы, и адаптации — нужно разделять постоянные тренды от временных явлений.
Что RAND правильно предлагает, но как это имплементировать с оглядкой на риски
- Инвестировать в сетевые, распределённые системы — да, но одновременно строить промышленную базу для их массового производства (иначе одноразовость обернётся дефицитом).
- Развивать РЭБ и ПВО для защиты от БПЛА/спутниковой разведки — верно; но это требует интеграции в тактику и резервы для контрмер (противодействие в космосе и на орбите — отдельная и дорогостоящая проблема).
Ошибки и просчёты российской армии
- Провалы логистики и снабжения (топливо, запчасти, аммуниция)
— Пример: бросаемая техника из-за отсутствия топлива/ремзапчастей; хроническая проблема с обеспечением боеприпасами в первые месяцы и периодически далее. Это снижало мобильность и приводило к потерям техники. RAND Corporation+1 - Плохая разведка и недооценка противника (ошибка планирования 2022 г.)
— Российское командование недооценило готовность и волю украинских сил, а также эффективность западной помощи и разведданных. Результат — неправильные расчёты при наступлении и провал оперативных планов. CSIS+1 - Проблемы командования и контроля (слабая координация, связь)
— Наблюдались разрывы в координации между частями, плохая связь, неэффективная совместная деятельность родов войск — привело к ошибкам при наступлениях и уязвимости к украинским контрмерам. Understanding War+1 - Недостаточная подготовка личного состава и зависимость от мобилизаций
— Многочисленные сообщения о низкой подготовке и мотивации мобилизованных подразделений, что уменьшало боеспособность в наступательных операциях. IISS - Переоценка роли тяжёлой техники без гарантии защиты (уязвимость платформа-центричных сил)
— Большие потери танков, БМП и другой тяжёлой техники, часто в результате сочетания разведки, артиллерии и ПВО/ПРО оппонента — классический пример уязвимости крупных платформ, о чём и говорит RAND. IISS+1 - Индикаторы проблем с материально-техническим обеспечением артиллерии
— Периодические отчёты об истощении запасов снарядов вынуждали корректировать темпы наступления и увеличивали зависимость от иностранных поставок (для Украины — и от внутреннего производства для РФ). IISS+1 - Неэффективность в защите от БПЛА и «дешёвых» ударов при первом этапе конфликта
— Россия имела как сильные, так и слабые места в ПВО/РЭБ; массовое применение коммерческих и ударных БПЛА создаёт новый класс угроз, с которым местами справлялись лучше, а местами — хуже. RAND подчёркивает, что распределённость делает стандартные центры уязвимыми. RAND Corporation+1 - Стратегическое и аналитическое заблуждение — недооценка силы «атрибуции» и санкций
— Ожидание быстрой кампании и недооценка экономических/технологических последствий международных санкций привели к долгосрочным издержкам на снабжение и модернизацию. Это не тактическая ошибка, но ключевой стратегический просчёт. RAND Corporation - Ошибки в планировании наступательных операций (неадекватный инженерный суппорт, учёт фортификаций и операций в зимних/весенних условиях)
— Украинские инженерные рубежи, заграждения и противотанковые ловушки замедляли наступления; Россия недооценивала время и ресурсы, нужные для преодоления этих препятствий. Tandfonline - Проблемы с адаптацией — сначала провал, затем частичные реформы
— В 2022 году множество ошибок: логистика, разведка, командование. С 2023–2024 Россией были предприняты адаптации (реформирование подходов, концентрация огневой мощи), но эти улучшения сопровождались большими потерями и высокими издержками. Фонд Карнеги+1
Как это соотносится с выводами RAND
- RAND прав в главном: современная война становится более «сетевой», прозрачной и расточительной по ресурсам; крупные платформы уязвимы; разведка и коммерческие космические активы меняют правила игры. RAND опирается на именно те ошибки (логистика, уязвимость техники, прозрачность поля боя), которые и демонстрировала Российская армия.
- Но при переносе уроков на конфликт США—Китай надо учитывать: масштабы, морские дистанции, промышленную базу и политические последствия (санкции, доступ к международным рынкам) — эти факторы меняют «правила применения» рекомендуемых мер.
Рекомендации для Армии США
- Для аналитиков/планировщиков: использовать «Украину» как источник тактических уроков, но тестировать их в сценариях с разной географией и промышленной базой.
- Для военных закупок: балансировать между дорогими платформами и массовыми одноразовыми решениями + строить промышленный резерв.
- Для противодействия РФ: усиливать разведку, контр-РЭБ, подготовку инженерных подразделений и логистику — ошибки, показанные РФ, легче использовать против неё, если у тебя сильная подготовка и боезапас.
Вывод от «Кто есть кто»: Битва гладиаторов
История с СВО показывает, как грамотно Запад два раза выиграл:
- Сумел заставить два славянских народа воевать друг с другом.
- На примере современной военной операции плотно изучает ее в реальном масштабе времени.
«Кролики думали, что они любят друг друга. А их просто разводили...»
